Сергей Армашу. О Covid-e, грибах и Рождестве…

Интервью с Сергеем Армашу, заведующим лабораторией Invitro.

Сергей, добрый день. 2020 год, наверное, первый год в современной истории, когда в мире, и в Молдове, не было бы ни одного взрослого человека, который не задумался бы о вопросе медицинской диагностики. COVID резко увеличил нагрузку на всю медицинскую систему. Что уже говорить о диагностике с ежедневными обращениями сотен и тысяч людей. Как прошел год под таким давлением?

Легким 2020 год точно не назову. В каждом бизнесе есть своя специфика, есть она и в работе лаборатории. Какие-то анализы более востребованы, какие-то менее. Если, до сих пор, акцент был на биохимии и иммунологии, то сейчас мы переключились на биологический метод, на ПЦР, на молекулярную диагностику.

«Переключились» -  звучит вполне безмятежно….

Безмятежно не было. В марте специалистов было мало, нагрузка все время увеличивалась. Был момент, когда мы занялись внутренней переквалификацией. Даже наше административное руководство в какой-то момент брали пробы, вплоть до того, что выезжали на дом к потенциально больным, чтобы взять анализ. Что говорить! Первые дни девочки-ассистентки реально боялись работать, вокруг нагнеталась только паника, так что в этом был и элемент личного примера – мы одна команда, риск одинаковый для всех, работаем вместе.

Вспоминаю весну… Паника и неопределенность – первые определения, которые приходят на память о том времени.

Да, это сейчас работа вошла в «нормальный» ритм. Тогда все было совсем по-другому. Даже просто выдать результат «позитивный» было серьезной психологической нагрузкой. Но самое худшее в начале работы было отношение к нам со стороны государства. Мы начали первые работать с этими методами. Но с другой стороны – мы «частники», метод должен быть регламентирован государством. И хотя мы вместе учились новым аспектам работы, вначале мы ощущали даже враждебность по отношению к себе. Потребовалось полтора-два месяца тесной работы в контакте, вплоть до случаев, когда наши специалисты помогали государственной лаборатории налаживать работу, пока ситуация нормализовалась.

А сейчас?

Сейчас никакого противостояния нет. Как коллеги мы обмениваемся опытом и информацией. Пока, к сожалению, нагрузка по количеству проб только возрастает. Ожидать, что пандемия закончится в ближайшее время, не приходится.

Но хотя бы в нормальный ритм работы вы вошли?

Весной все было новое, непривычное, раньше двенадцати часов, а то и часа ночи домой не уходили. Сейчас докупили больше необходимого оборудования в лабораторию, специалисты привыкли. Так что, хотя объемы работы возросли, но есть уже практика. И точно никто не боится выдавать «позитивный» анализ.

Вот как раз об этом хотел вас спросить. Вы же человек семейный. Как было возвращаться домой, когда семья знала, что вы находитесь в зоне повышенного риска заражения?

У меня жена и две дочки, вроде – «женское» царство, но никакой паники или напряжения не было. Это ведь моя работа. Было даже какое-то успокаивающее чувство, что я защищен всеми мерами, которые мы предпринимали для обеспечения безопасности. Единственное что тогда изменилось, мы надолго отделились от родителей, не ездили ни в Сороки, ни в Единцы, только общались по телефону.

Хочу задать вопрос не по теме COVID-a. Хотя, именно этот год многих из нас заставил задуматься не только об оперативных делах и повседневной суете. Вы – руководитель медицинской лаборатории, врач по образованию. Вы чувствуете, что то, что вы делаете – это призвание? Или так сложилась жизнь, и работа – это работа, нужно же зарабатывать деньги…

Я думаю, что призвание. Когда я заканчивал общую медицину, я хотел попасть в резидентуру на травматологию или нейрохирургию. Но в том году таких мест не было и «мой профессор», с которым я работал в травматологии, сказал мне: «Бери любую специальность, пройдет несколько месяцев, места появятся, и переведем тебя к нам». Так я, случайно, попал в резидентуру на лабораторную диагностику. Прошло три месяца, за это время я стал вникать в то, чем занимаюсь, мне стал интересен этот стык, между медициной, точными науками, ИТ-технологиями…

И в итоге?

Через четыре месяца, как обещал, позвонил мой профессор с предложением о переводе, но я уже отказался. Мне стало интересно, понял, что это – мое.

И за всю жизнь не было ни разу сожалений о выборе?

Был у меня один период в жизни, очень, кстати, интересный, когда я отходил от медицины…

Расскажите?

После резидентуры я попал на работу в государственную лабораторию. Это было начало 2000-х, уровень оборудования и технологий был такой низкий, что я почувствовал разочарование. Большую часть того, что я учил в резидентуре, на работе применить было невозможно. Не на чем и не с чем. Не было ни нормального оборудования, ни материалов для диагностики. И я ушел в бизнес. Вместе с партнерами начал заниматься выращиванием грибов.

Грибов? И бизнес пошел?

Еще как! Позднее я даже перебрался в Россию. Работал недалеко от Москвы, был директором и технологом фермы по разведению грибов, шампиньонов и вешенки.

Почему вернулись?

Сейчас смешно вспоминать, хотя тогда было не до смеха. Мои российские партнеры выдавали меня за русского, с моими документами я не мог официально возглавлять предприятие в России. Даже мой молдавский акцент превратили в «калужский». Лет пять или шесть я и сам, почти с удовольствием, играл в эту игру, что я – не из Молдовы. Но в какой-то момент это стало меня утомлять, кому-то рассказал в личном разговоре, кто-то из сотрудников неадекватно на это среагировал: «Не буду работать под руководством молдаванина»… В общем, я подумал, что пришло время возвращаться домой, в Молдову. А когда вернулся, выяснилось, что в стране пошло развитие лабораторного бизнеса. Так я и вернулся к любимому делу.

Еще раз убеждаюсь, как мы мало знаем о людях, которые нас окружают каждый день. Уверен, что теперь ваши коллеги будут знать, к кому обращаться с вопросом, можно ли готовить «вот эти» грибы… Ладно, вернемся в день сегодняшний. Понимаю, что вы не провидец, и не рукоовдитель ВОЗ, но, все равно, каждого медика, посвященного в тему COVID-а хочется спросить: «Ваш прогноз? Когда мы вернемся к нормальной жизни?»

Я думаю, что и 2021 и 2022 год еще пройдут под знаком COVID-а. Чудес не бывает, качественная вакцина быстрее, чем за 18 -24 месяца в мире появиться не может. Точнее мы быстрее не сможем убедиться, что она – качественная. Но я бы не стал строить жить в ожидании. Впереди Рождество. Я, например, готовлюсь отпраздновать в кругу семьи, а на январь мы строим планы поехать в Буковель, покататься на лыжах. Да, конечно с оговоркой, если позволит эпидемиологическая ситуация, но планы отдохнуть мы все равно строим.

Хороший настрой! Смотрю на календарь, уже декабрь. Так что пожелание готовиться к Рождеству уже в самый раз.